Александра  Сергеевича  Пушкина не случайно называют народным поэтом. Он прекрасно знал русскую жизнь, ее обычаи и нравы. Древние сказания и легенды, сказки и песни. В его творчестве эта жизнь нашла отражение в удивительно ярких образах и картинах, которые порой умещались в двух – трех строках.

Время, в котором жил А. С. Пушкин, давно ушло от нас, и то, что было перед глазами поэта, не видит, а порой и не понимает наш современник. Целый ряд деталей и штрихов, обогащающих поэзию Пушкина, для современного читателя, как бы потерялся. И сейчас мы попытаемся раскрыть далекое от нас содержание поэтических образов Пушкина, показать их удивительную выразительность.

«Три девицы под окном

Пряли поздно вечерком…»

Оказывается,  из этих  строк можно много узнать о жизни девушек в то далекое время.

Прялка и веретено были привычными орудиями труда для женщин и девушек. Сейчас эти работы давно ушли в прошлое, и не многие знают, сколько требовалось времени и труда, чтобы получить хотя бы аршин готовой ткани. Из всех операций прядение – вытягивание из льняной кудели нити – было самым трудоемким и длительным, продолжалось всю зиму.

С раннего возраста и до глубокой старости   прялка с веретеном были неизменными   спутниками крестьянки. Прялки дарились   женихом невесте, нарядно расписанная, она   была гордостью девушки. С ней она шла на   посиделки – деревенские вечеринки. Девушки   собирались вместе, пением и плясками они   скрашивали свой утомительно однообразный   труд. Поэтому-то не одна, а три девицы «пряли   поздно вечерком». Живя в деревне,  Пушкин не раз мог наблюдать подобные сценки.

       Обычно начинали прясть с ноября месяца, а заканчивали в марте.

Маленькие, заледеневшие оконца, пропускали мало света, поэтому в долгие зимние вечера еще одним неизменным спутником крестьянки был светец – приспособление для горящей лучины.  Вспомним еще строки А. С. Пушкина:

 «…В избушке распевая, дева,

Прядет, и зимних друг ночей,

Трепещет лучина перед ней».

Вряд ли кому из наших современников удалось   увидеть светец с горящей лучиной.  Но  в   некоторых   в  музейных  коллекциях  представлены  их интересные образцы. Делали   их различной формы, украшали орнаментом.   Виртуозно вырезанный светец завершался  светильней, рассеченным на четыре отрога   железным стержнем: эти  «пальцы»  и держали   лучину. Рядом со светцом ставили корыто с   водой, сюда падали угли сгоревшей лучины.

   

С давних пор на Руси освещались лучиной, и еще со времен Пушкина ее употребляли не только в деревне, но и также в городах и монастырях. Вековая практика выработала здесь свои обычаи и устои. С наступлением темных осенних вечеров, заготовленные для лучины плашки приносили в избу, клали на ночь в печь для просушки, а утром, специальным ножом «лучевником», щепали из нее лучины так, чтобы каждая была не меньше 2-3 см в ширину и толщину. Укрепить лучину в светце, тоже нужна была сноровка: наклонишь сильно -  быстро сгорит, а мало наклонишь – погаснет. Вековая  практика выработала и здесь свои нормы: лучину ставили под углом 15-20 градусов, в таком положении ее горения хватало на 4-5 минут. Чтобы светец не прерывался, рядом со светцом сажали мальчика или девочку: их обязанностью было вовремя сменить лучину. Для этого в светильне делалось несколько расщепов: для двух, трех и более лучин одновременно. А умельцы кузнецы расходящимся железным развилинам придавали вид то сказочного цветка, то лучистого солнышка.

Наверное, все с детства помнят такие пушкинские строки  из сказки  «О рыбаке и рыбке» :

«…За столом сидит она царицей,

Служат ей бояре, да дворяне,

Наливают ей заморские вина,

Заедает она пряником печатным…»

     Не случайно подчеркнул здесь поэт, что как   высшее лакомство ест царица пряник печатный.   Пряники или коврижки, подавались к столу в   особо торжественных случаях. Это было не   просто лакомство, без  пряников и коврижек на   Руси не обходилось ни одно торжественное событие: свадьбы и похороны, дни именин и праздничных трапез. Подавались они как к царскому столу, так и в крестьянском жилище.  Так, по случаю рождения Петра 1 в 1672 году в Грановитой палате был устроен «родильный стол», где самое видное место занимали огромные ковриги.  Одна из них изображала герб  Московского государства.

    Наши предки использовали пряники, коврижки во многих ритуальных обрядах. Потребность в них была так велика, что их изготовляли и для продажи. В 17-18 веках пряники возами везли на крупные рынки страны. Пряники были различны по величине: одни надо было везти на двух санях, другие – по малой величине – уподоблялись гороху. Для нанесения на коврижку узора использовали специальную резную доску, ее резной узор отпечатывался на прянике, от чего пряник и назывался печатным.

Вырезали узоры на пряничных досках лучшие мастера-дроводельцы,   резчики по дереву. Такие резчики славились. Так и создавались   деревянные города из резных теремов, варианты птиц, рыб и львов –   любимых пряничных героев.     

   Одной из пряничных форм была, так называемая «хоромная».   Искусные резчики изображали на ней пышные хоромы, башни теремов,   развивающиеся флаги. А если вспомнить, что в ряде случаев пряники   покрывали сусальным золотом (пряники сусальные), то перед нами   встанет как наяву и пушкинский сказочный город  с  «златоглавыми   церквями», а возможно и тот пряник,  что подали на «заеду» героине из золотой рыбки.

   В «Сказке  о мертвой царевне и семи богатырях» есть такие строки:

«…Ей в приданое дано

Было зеркальце одно,

Свойство зеркальце имело:

Говорить оно умело…»

В 16-17 веках зеркала использовались только как принадлежность   туалета. Они были невелики и хранились в особых футлярах. Зеркала   высоко ценились, так как их ввозили из других стран. Они включались в   приданое невесты, их дарили к свадьбам. Так в 1671 году царице Наталье   Кирилловне к свадьбе польский посол поднес «зеркало хрустальное».   Только в очень богатых домах, и то в редких случаях, зеркала висели на   стенах. Для этого их вставляли в специальные рамы-киоты со створками   или же закрывали  занавесами из дорогих тканей.

  С чем это было связано? Дело в том, что в русский быт зеркало пришло из чужеземных стран, отчего и родилось к нему какое-то недоверие, настороженность и даже страх. С зеркалом было связано много суеверий: разбитое зеркало предвещало беду, в случае несчастья в доме его закрывали, на зеркале гадали. Вспомним строчки из романа в стихах «Евгений Онегин»:

«…Татьяна на широкий двор

В открытом платьице выходит

На месяц зеркало наводит…»

        Такое отношение к зеркалу А. С. Пушкин прекрасно знал и тонко сумел его передать. Поэтому-то собеседником злой царицы стало именно зеркальце, обладающее тайной силой, умевшее говорить.

        А что представляет   собой  зеркальце времен А. С. Пушкина? Небольшой, но видно, дорогой кусок стекла, как бы спрятан за красивой оправой. Изысканный резной футляр по ценности с самим зеркалом. В кружевном узоре из треугольников, ломаных линий и крестов скрыт от нас древний культ природы. Центральная фигура композиции – солнечный диск – было главным языческим божеством. Наши предки обожествляли природу и придавали ей человеческие черты.